Крипторегулирование в россии формально действует с 1 сентября 2026 года, но эту дату рано считать полноценным стартом нового рынка. По оценке Кирилла Писцова, руководителя направления развития продуктов ФГ «Финам», закон пока задал правовые рамки, а практическую систему еще нужно построить: от торговых площадок и цифровых депозитариев до расчетов, комплаенса и готовых продуктов для клиентов. Новые […]
Крипторегулирование в россии формально действует с 1 сентября 2026 года, но эту дату рано считать полноценным стартом нового рынка. По оценке Кирилла Писцова, руководителя направления развития продуктов ФГ «Финам», закон пока задал правовые рамки, а практическую систему еще нужно построить: от торговых площадок и цифровых депозитариев до расчетов, комплаенса и готовых продуктов для клиентов.
У рынка есть время на настройку процессов. Именно поэтому в ближайшие месяцы важнее будет не количество заявлений брокеров о планах добавить криптовалюту, а то, как участники соберут рабочую инфраструктуру и смогут ли предложить клиентам понятный, безопасный и экономически оправданный доступ к цифровым активам.
Одним из ключевых вызовов Кирилл Писцов называет хранение криптовалюты. Российская модель предполагает появление цифровых депозитариев. Они будут учитывать права на криптоактивы примерно по той же логике, по которой обычные депозитарии сегодня ведут учет ценных бумаг. Для клиента это означает отдельный регулируемый контур учета: сделки и хранение не смешиваются в одной точке, а права на активы должны подтверждаться через цифровой депозитарий. Поэтому на первый план выходят защита активов, процедуры контроля и понятный порядок взаимодействия с клиентом.
Для таких организаций Банк России предусматривает капитал от 50 до 250 млн рублей. Чем шире набор функций, которые берет на себя участник, тем выше требования.
Главное отличие от классической криптобиржевой модели в том, что функции постепенно разводятся между разными участниками. На традиционном крипторынке одна площадка часто одновременно принимает деньги клиента, проводит сделку и хранит активы.
Для инвестора такая архитектура может снизить инфраструктурные риски. Но для бизнеса она означает более сложный и дорогой запуск продукта: потребуется не только технология, но и капитал, процедуры контроля, лицензия и соответствие требованиям регулятора.
Второй важный вопрос связан с ликвидностью. Закон разрешает организованные торги криптовалютой, а биржи смогут сами устанавливать торговые режимы и рассчитывать рыночные цены. Однако сама по себе площадка еще не гарантирует, что рынок будет глубоким и удобным для массового клиента.
Чтобы торги работали устойчиво, нужны крупные участники, маркетмейкеры и достаточный объем активов. Без этого российские котировки могут заметно расходиться с глобальными, а разница между ценой покупки и продажи окажется слишком широкой.
В этой части важную роль могут сыграть профессиональные участники финансового рынка, включая Московскую биржу, если инфраструктура будет развиваться в логике организованных торгов. Но даже сильная площадка не решает проблему ликвидности без притока капитала и понятных правил для всех сторон сделки.
Еще одно ограничение касается набора доступных инструментов. Для неквалифицированных инвесторов регулятор предлагает допускать только наиболее ликвидные криптовалюты. Такие активы должны проходить несколько базовых фильтров:
Для массового инвестора важен не сам факт появления криптовалюты в приложении, а то, насколько понятными будут выбор активов, комиссии, ликвидность и защита хранения.
Поэтому первая версия регулируемого рынка, вероятно, будет строиться вокруг небольшого числа крупных активов. Речь не идет о сотнях монет, к которым привыкли пользователи международных криптобирж. Криптовалюта в регулируемом российском контуре сначала будет представлена самым узким и проверенным сегментом.
В эту логику вписывается Биткоин как наиболее известный и ликвидный актив с длинной историей торгов. Но окончательный перечень инструментов будет зависеть от правил допуска и готовности инфраструктуры обслуживать такие операции.
Финансовым компаниям придется учитывать не только техническую сторону запуска. В расходы лягут сразу несколько обязательных частей:
Банк России уже предлагает включать криптовалютные риски в нормативные показатели финансовой устойчивости участников рынка.
На практике главный вопрос для посредников будет звучать не так: могут ли они добавить криптоактив в приложение. Гораздо важнее другое: смогут ли они сделать это по комиссии, которую клиент сочтет разумной на фоне привычных криптобирж.
Первый этап был законодательным: он определил, кто и при каких условиях может работать с криптовалютой. Теперь начинается более сложная фаза, когда эти нормы нужно превратить в работающий рынок.
Контекст для России остается непростым. Финансовая система уже адаптируется к новым условиям, включая санкции в связи со вторжением России на Украину, поэтому любая новая инфраструктура должна быть не только технологичной, но и устойчивой к внешним ограничениям.
Роль регуляторов здесь будет ключевой. Центральный банк задает требования к устойчивости и управлению рисками, а Государственная дума сформировала законодательную основу для появления легального рынка. Теперь участникам нужно доказать, что регулируемая торговля криптовалютой может быть удобной, ликвидной и экономически жизнеспособной.
JOIN
