Кража электроэнергии для майнинга криптовалют все сильнее давит на энергосистемы стран Юго-Восточной Азии: подпольные фермы создают постоянную нагрузку на сети, усиливают пики потребления, ускоряют износ оборудования и повышают риск аварий или локальных отключений. В конце июля полиция Малайзии выявила 71 устройство для добычи криптовалюты, работавшее круглые сутки на четырех объектах в южном штате Джохор. Правоохранители […]
Кража электроэнергии для майнинга криптовалют все сильнее давит на энергосистемы стран Юго-Восточной Азии: подпольные фермы создают постоянную нагрузку на сети, усиливают пики потребления, ускоряют износ оборудования и повышают риск аварий или локальных отключений.
В конце июля полиция Малайзии выявила 71 устройство для добычи криптовалюты, работавшее круглые сутки на четырех объектах в южном штате Джохор. Правоохранители задержали трех подозреваемых и изъяли компьютеры, маршрутизаторы и другое оборудование, которое использовалось для добычи Bitcoin.
Глава полиции штата Джохор Аб Рахаман Арсад сообщил, что злоумышленники подключались к электросети в обход счетчика. Только за один месяц ущерб оценили в 16 600 долларов. При этом такая ферма могла приносить более 20 000 долларов прибыли ежемесячно.
В Малайзии тысячи подобных эпизодов уже стали поводом для расследований незаконного майнинга криптовалют, отметил Сонни Зулхуда, доцент Международного исламского университета Малайзии.
Проблема не ограничивается одной страной. По всему региону подпольные группы используют украденную электроэнергию для питания майнингового оборудования. Криптовалюта сама по себе не является незаконной, но вокруг нелегальных ферм власти все чаще находят связи с азартными онлайн-площадками, отмыванием денег и мошенническими сетями.
Претензии властей обычно связаны не с майнингом как таковым, а с тем, как он организован. Легальная ферма должна платить за электричество, соблюдать требования к подключению, а там, где это требуется, проходить регистрацию, получать разрешения или лицензии. Когда оборудование прячут от энергетиков и подключают в обход счетчиков, майнинг превращается в схему хищения ресурса.
Инцидент в Джохоре выглядит сравнительно небольшим на фоне общей статистики Малайзии. По данным Tenaga Nasional Berhad и Министерства энергетики Малайзии, масштаб проблемы виден по нескольким срезам:
Ведомство считает такие хищения угрозой для общественной безопасности, экономической устойчивости и надежности национальной энергосистемы. Для государства это не только прямые потери энергетических компаний: часть ущерба ложится на инфраструктуру, усложняет планирование сетей, давит на тарифные решения и делает сектор менее предсказуемым для инвесторов.
Майнинг как деятельность не запрещен, если фермы работают легально и оплачивают потребление. Проблема начинается там, где владельцы оборудования обходят счетчики и скрывают реальные объемы нагрузки на сеть. Электроэнергия в таких схемах превращается в главный ресурс, который преступники пытаются получить бесплатно.
Майнинг Bitcoin работает по модели Proof-of-Work: устройства выполняют множество вычислений, чтобы подтвердить транзакции и добавить новый блок в сеть. Чем выше конкуренция между майнерами, тем больше вычислительной мощности им нужно, а значит, растет и потребление электричества.
Главная особенность такой фермы в том, что оборудование работает не время от времени, а круглые сутки. В отличие от обычной бытовой нагрузки, майнинговые устройства постоянно потребляют энергию и требуют охлаждения. По характеру нагрузки крупная ферма ближе к небольшому дата-центру или энергоемкому производству, чем к набору домашних приборов.
В октябре 2025 года США и Великобритания ввели санкции против базирующейся в Камбодже Prince Group. Компанию заподозрили в создании мошеннических комплексов и отмывании денег с использованием криптовалют. Американские власти изъяли Bitcoin примерно на 15 миллиардов долларов из цифровых кошельков Чен Чжи, которого задержали и экстрадировали в Китай.
В Таиланде следователи также установили связь между хищением электричества и трансграничными мошенническими структурами. В 2025 году Департамент специальных расследований Таиланда раскрыл и ликвидировал три крупные нелегальные сети майнинга.
Похожие случаи фиксировались и в Индонезии. В декабре 2023 года полиция провинции Северная Суматра провела рейды по 10 адресам и изъяла свыше 1100 машин для добычи Bitcoin. Государственная энергетическая компания оценила ущерб за шесть месяцев более чем в 800 000 долларов.
В ответ правительства стран региона делают сразу несколько вещей:
В Малайзии создали межведомственный комитет, а на подстанциях начали устанавливать интеллектуальные счетчики, которые помогают замечать аномально высокое потребление.
Типовые схемы строятся вокруг скрытого доступа к сети: подключение в обход счетчика, нелегальная врезка в линии электропередачи, вмешательство в работу приборов учета или другого оборудования энергетиков. Внешне площадка может выглядеть как обычное помещение, но внутри круглосуточно работают десятки или сотни устройств.
Кражу электричества ищут по резким скачкам потребления, несоответствию между нагрузкой на трансформатор и показаниями счетчиков, данным интеллектуальных приборов учета и результатам рейдов. Энергетические компании помогают найти технические аномалии, а полиция и следственные органы устанавливают владельцев оборудования и связи с другими схемами.
Но расследовать такие дела непросто. Оборудование можно быстро вывезти, владельцы площадок часто действуют анонимно, а вмешательство в работу счетчиков может требовать участия людей, хорошо знакомых с энергосетевой инфраструктурой.
Правовое регулирование все еще отстает из-за пробелов в законодательной базе и нехватки возможностей у следственных и правоохранительных органов, заявил Саидал Разалли Аззухри, эксперт по телекоммуникациям из Университета Малайзии. По его словам, это особенно заметно на фоне стремительного развития цифровой инфраструктуры страны.
Малайзия продолжает выстраивать правовую систему для борьбы с преступлениями в цифровой среде. В июне парламент принял Закон о цифровых преступлениях, а двумя годами ранее в стране появился Закон о кибербезопасности.
Саидал Разалли Аззухри считает, что одних рейдов недостаточно. По его словам, к ним нужно добавлять еще несколько инструментов:
Эксперты предупреждают: странам Юго-Восточной Азии важно не послать неверный сигнал компаниям, которые действительно готовы инвестировать в цифровой сектор. Задача властей не в запрете технологии блокчейн, а в том, чтобы нелегальные фермы не перекладывали свои расходы на энергосистему и население.
Цель не в том, чтобы запрещать блокчейн. Майнинг может развиваться как часть цифровой экономики, но только если участники честно платят за электричество и не создают рисков для общества, подчеркнул Сонни Зулхуда.
Наказание зависит от страны, размера ущерба и способа подключения. Обычно речь идет о штрафах, возмещении ущерба, конфискации оборудования, а при крупном ущербе или участии организованной группы — об уголовной ответственности. Административная ответственность чаще связана с нарушением правил подключения и эксплуатации, уголовная — с хищением электроэнергии, мошенничеством или другими преступными схемами.
Для частных игроков майнинг становится все менее простым способом заработка. Нужно учитывать стоимость оборудования, круглосуточные расходы на электричество, конкуренцию с крупными фермами и местные ограничения. Если нет легального подключения, прозрачной экономики и запаса на рост тарифов, риски быстро перевешивают потенциальную прибыль.
Этот опыт важен и за пределами региона. Россия, Иркутская область, Забайкальский край и Бурятия часто фигурируют в дискуссиях об энергоемких цифровых нагрузках, поэтому зарубежные кейсы показывают, какие вопросы могут вставать перед регуляторами: где проходит граница между легальным бизнесом и хищением, как защищается энергобезопасность и когда возникает уголовная ответственность.
В таких обсуждениях неизбежно затрагиваются решения Правительства Российской Федерации, позиция Министерства энергетики Российской Федерации, работа Государственной думы и нормы Уголовного кодекса Российской Федерации. Для любой страны главный вывод один: майнинг может оставаться частью цифровой экономики только тогда, когда он не держится на украденной электроэнергии.
{ "@context": "https://schema.org", "@type": "Article", "about": [ { "@type": "Thing", "name": "криптовалюта" }, { "@type": "Thing", "name": "майнинг" }, { "@type": "Thing", "name": "электроэнергия" }, { "@type": "Thing", "name": "биткоин" }, { "@type": "Place", "name": "Россия" }, { "@type": "Place", "name": "Иркутская область" }, { "@type": "Place", "name": "Забайкальский край" }, { "@type": "Place", "name": "Бурятия" }, { "@type": "Thing", "name": "энергобезопасность" }, { "@type": "Thing", "name": "уголовная ответственность" } ] }
JOIN
