В марте 2026 года в сеть утек первый вариант законопроекта «О цифровой валюте и цифровых правах». Тогда криптосообщество говорило о смертном приговоре рынку: полный запрет личных кошельков, годовой лимит 300 тысяч рублей для новичков, белый список из пяти-десяти монет и удорожание ВЭД. 16 июля Комитет Государственной Думы по финансовому рынку одобрил текст ко второму чтению The post Как изменился законопроект о крипте ко второму чтению: главное appeared first on BeInCrypto.
В марте 2026 года в сеть утек первый вариант законопроекта «О цифровой валюте и цифровых правах». Тогда криптосообщество говорило о смертном приговоре рынку: полный запрет личных кошельков, годовой лимит 300 тысяч рублей для новичков, белый список из пяти-десяти монет и удорожание ВЭД. 16 июля Комитет Государственной Думы по финансовому рынку одобрил текст ко второму чтению и направил его в Совет Думы. Рассмотрение назначено на 21 июля, докладчик — глава комитета Анатолий Аксаков.
Редакция BeInCrypto изучила финальный текст законопроекта, две таблицы поправок, решение комитета и заключение Правового управления Аппарата Госдумы. Документ заметно отличается от весенней утечки. Часть самых пугающих норм смягчили, часть — переупаковали в отсылки к будущим актам Банка России, а несколько положений, наоборот, стали жестче. Разбираем по пунктам, что поменялось.
Хотите еще эксклюзивных новостей и аналитики? Подписывайтесь на наш телеграм-канал, обсуждайте новости и делитесь мнениями о последних событиях рынка в чате!
Главный страх мартовской версии — уголовная ответственность за условные MetaMask, Trust Wallet и Ledger, а также обязательное хранение всей крипты в лицензированных депозитариях под контролем ЦБ. В тексте ко второму чтению прямого запрета на самостоятельное хранение нет.
Статья 31 прямо допускает перевод цифровой валюты с адреса, администрируемого цифровым депозитарием, на адрес, который не администрируется ни одним депозитарием, — то есть на некастодиальный кошелек. Дословно (пункт 5 части 8 статьи 31):
«Цифровой депозитарий вправе исполнить распоряжение резидента на перевод цифровых валют <…> на адрес-идентификатор, не администрируемый ни одним из цифровых депозитариев, <…> если резидент является физическим лицом, ознакомленным с уведомлением <…> при условии наличия положительного результата тестирования указанного резидента».
Оговорок несколько. Для перевода на внешний адрес требуется, чтобы принимающий адрес администрировала иностранная организация, имеющая по своему личному закону право вести адреса третьих лиц (часть 9 статьи 31). Отдельно оговорены переводы по внешнеторговым договорам, для майнеров и для организаторов обращения.
Иными словами, полного «запрета кошельков» нет, но свободный вывод в собственный холодный кошелек без посредника закон не предусматривает. Банк России вправе установить предельный размер суммы такого перевода.
Депозитарная инфраструктура из мартовской версии никуда не делась — она стала центральным элементом системы, но перестала быть единственным допустимым местом хранения.
Мартовская утечка называла годовой лимит покупки крипты для неквалифицированных инвесторов в 300 тысяч рублей. В тексте ко второму чтению фиксированной суммы в самом законе нет. Пункт 3 части 1 статьи 31 отсылает к акту регулятора:
«совокупная стоимость в денежном эквиваленте цифровых валют, приобретенных и приобретаемых по такому поручению через указанного брокера в течение календарного года, не превышает предельной суммы, установленной Банком России».
Любопытно, что зафиксировать конкретный порог пытались через поправку. Депутат Госдумы В. К. Гартунг предлагал прописать в тексте нижнюю границу лимита прямо цифрой:
«не превышает 600 тысяч рублей или предельной суммы, если такая сумма установлена нормативным актом Банка России в размере, превышающем 600 тысяч рублей».
Комитет эту поправку отклонил (таблица поправок № 2). Предельный размер решено оставить целиком на усмотрение регулятора. Для неквала это гибче зашитой в закон суммы, но и менее предсказуемо: планку можно двигать актом ЦБ без правки федерального закона. Ориентир в 600 тысяч рублей звучал в дискуссии, но юридически он в тексте не закреплен.
Условие допуска к покупке для физлица-неквала теперь четырехступенчатое: пройденное тестирование, ознакомление с уведомлением о рисках, соблюдение лимита ЦБ и допуск самой цифровой валюты к публичному обращению на организованных торгах.
В марте обсуждали «белый список из пяти-десяти крупнейших монет». Ко второму чтению список превратился в жесткую математику. Организатор торгов вправе допустить цифровую валюту к публичному обращению, только если ЦБ включил ее в специальный перечень. Условия включения (часть 13 статьи 31) сформулированы так:
«1) рыночная капитализация цифровых валют <…> в среднем за два календарных года до года их включения в указанный перечень превышает 5 триллионов рублей; 2) среднедневной объем торгов цифровыми валютами <…> за два календарных года <…> превышает 1 триллион рублей».
Третье условие — раскрытие цены не менее пяти лет на лицензированной иностранной бирже со средним объемом торгов не ниже 100 миллиардов рублей.
Под такую планку сегодня уверенно проходит только биткоин. Ethereum — на грани. Все остальное для неквалифицированного розничного инвестора оказывается за бортом публичных торгов. Депутат Гартунг предлагал снизить порог капитализации, заменив «5 триллионов рублей» на «1 триллион рублей» (таблица поправок № 2). Комитет поправку отклонил. Планка осталась заградительной осознанно.
Здесь же спрятан выход для квалов: статья 31 разрешает организатору торгов допускать монеты вне перечня к обращению для квалифицированных инвесторов — и такие торги публичным обращением не считаются. Плюс Совет директоров ЦБ может на срок до шести месяцев вручную допустить валюту, не прошедшую по формуле.
Мартовская редакция пугала тем, что не разграничивала стейблкоины и криптовалюты, из-за чего вся внешнеэкономическая деятельность рисоквала выстроиться в цепочку посредников и подорожать на 4-5%. Текст ко второму чтению эту логику меняет.
Внешнеторговый режим прописан как сквозное исключение почти во всех ключевых статьях. Общий запрет на оплату криптой сформулирован в части 6 статьи 1:
«В Российской Федерации запрещается принимать <…> цифровые валюты и цифровые права в качестве средства платежа, или встречного предоставления <…> товаров, информации и результатов интеллектуальной деятельности <…> выполняемых работ, оказываемых услуг».
Но часть 7 той же статьи выводит из-под запрета расчеты по внешнеторговым договорам между резидентами и нерезидентами. Совершение сделок в рамках ВЭД не признается деятельностью обменника (часть 5 статьи 18), не подпадает под ограничения переводов (статья 21) и под общий порядок совершения сделок только через организаторов обращения (статья 30). Более того, режим распространили и на агентов, комиссионеров и поверенных, обслуживающих внешнеторговый контракт (часть 8 статьи 1).
Для импортеров и экспортеров это принципиально: прямой договор о расчете в USDT по внешнеторговой сделке остается законным каналом, а не заменяется обязательной многозвенной цепочкой. Отдельного определения стейблкоина закон по-прежнему не вводит — они остаются частным случаем цифровой валюты. Вопрос регулирования стейблкоинов, как ранее говорил Аксаков, планируется отрабатывать отдельно в осеннюю сессию. Однако в середине июля 2026 появилась информация о том, что USDT и USDC все же пустят в Россию.
Читайте также:
Механизм борьбы с серым P2P в тексте есть, но растянут во времени. Часть 1 статьи 21 обязывает банки:
«отказать в совершении операций по переводу денежных средств <…> если у кредитной организации <…> есть подозрения в том, что получатель денежных средств осуществляет деятельность по организации обращения цифровых валют, не являясь лицом, организующим обращение цифровых валют (далее — неуполномоченный получатель)».
Банк России будет рассылать банкам сведения о таких иностранных платежных сервисах, а банки — блокировать переводы в их адрес.
Ключевая деталь для розницы: статья 21 и часть 1 статьи 30 вступают в силу только с 1 июля 2027 года. До этой даты действующая инфраструктура P2P формально не подпадает под новый блокирующий режим. Более того, переходная норма (часть 28 статьи 55) прямо разрешает буферный период:
«До 30 июня 2027 года резиденты вправе систематически совершать сделки купли-продажи цифровых валют в своих интересах от своего имени и за свой счет до их включения в реестр организаций, осуществляющих обмен цифровых валют».
Появилось четкое определение, кого закон считает организацией по обмену цифровых валют. Часть 1 статьи 18 описывает это как систематическое совершение сделок купли-продажи от своего имени и за свой счет, а часть 2 задает количественный порог систематичности:
«Под систематичностью в части 1 настоящей статьи понимается заключение двух или более сделок в течение месяца, совокупный объем которых в денежном эквиваленте превышает 3,5 миллиона рублей».
Порог важен практически. Разовые сделки или мелкие операции ниже этой планки под определение профессионального обменника не подпадают. Обменником должна стать организация из реестра ЦБ; заниматься обменом смогут в том числе банки и брокеры, подавшие документы в Банк России. Регистрация в реестре по переходным нормам открыта до 1 сентября 2027 года, причем ЦБ обязан вносить сведения в реестр в течение одного рабочего дня.
Читайте также: «Менялы» уже не те: как меняется рынок обмена криптовалют РФ в ожидании закона
В систему встроен отдельный институт — тестирование физлица (статья 32). Без положительного результата теста неквал не сможет ни купить цифровую валюту через брокера, ни вывести ее на внешний адрес. Тест проводит брокер, управляющий, депозитарий или обменник по базовому стандарту СРО, бесплатно и в электронной форме. Результат действует год со дня последней сделки. Совершать сделки с протестированным клиентом вправе только то лицо, которое проводило тест.
Это знакомая конструкция с фондового рынка, перенесенная на крипту: доступ к рискованному инструменту через квалификацию и проверку знаний, а не через прямой запрет.
Тезис из марта о том, что централизация делает систему уязвимой, в тексте фактически подтверждается — но с точки зрения не западных санкций, а внутреннего контроля. Часть 2 статьи 33 обязывает депозитарий:
«по запросу федеральных органов исполнительной власти, органов прокуратуры, органов дознания и органов предварительного следствия, органов, осуществляющих оперативно-разыскную деятельность, открывает цифровые счета и предоставляет указанным органам доступ к адресам-идентификаторам».
Это прямое следствие признания цифровой валюты имуществом для целей уголовного кодекса — актив теперь можно арестовать и на уровне инфраструктуры.
Важный момент, который снимает часть мартовской паники: сам закон № 1194918-8 не содержит статей о штрафах и уголовной ответственности. Три блока санкций (расчеты внутри страны, нелегальное посредничество, незаконный майнинг), о которых писали весной, относятся к отдельному сопроводительному законопроекту с поправками в КоАП и УК. В обсуждаемом тексте прописана гражданско-правовая ответственность организаторов обращения: при нарушении условий сделок или неправомерном признании клиента квалифицированным инвестором организатор обязан выкупить у клиента цифровую валюту, возместить убытки и все расходы.
Сроки разрознены. Основная часть закона вступает в силу с 1 сентября 2026 года. Блокирующая P2P-статья 21 и часть 1 статьи 30 — с 1 июля 2027 года. Ряд норм по конфиденциальности и деятельности обменников — с 1 сентября 2027 года. Существующим операторам ЦФА дали переходный период до 1 сентября 2028 года на приведение деятельности в соответствие.
Регулятор отказался от лобовых запретов там, где они грозили загнать рынок в тень (личные кошельки, прямой ВЭД, фиксированный лимит), но зашил жесткость в другие механизмы: заградительную формулу допуска монет, обязательное тестирование, банковскую блокировку серого P2P и прямой доступ силовиков к депозитарным счетам. Ключевые количественные параметры вынесены в акты Банка России, что дает регулятору свободу подкручивать планки без правки федерального закона.
Для розничного инвестора вход становится легальным, но узким: тест, лимит от ЦБ и практически один допущенный к публичным торгам актив — биткоин. Для профессионалов и ВЭД-игроков остаются рабочие каналы. Редакция BeInCrypto будет следить за вторым чтением 21 июля и за сопроводительным пакетом поправок в КоАП и УК.
The post Как изменился законопроект о крипте ко второму чтению: главное appeared first on BeInCrypto.
JOIN
