23 декабря 2025 года Центральный банк направил в правительство концепцию регулирования криптовалютного рынка. Документ предусматривает подготовку законодательной базы до 1 июля 2026 года и допуск к рынку как квалифицированных, так и неквалифицированных инвесторов. Речь идет не о точечных изменениях, а о системной трансформации правового поля, создающей условия для внедрения новых технологий и расширения спектра легальных The post Криптотехнологии, которые сформируют следующий этап развития финансовой системы России appeared first on BeInCrypto.
23 декабря 2025 года Центральный банк направил в правительство концепцию регулирования криптовалютного рынка. Документ предусматривает подготовку законодательной базы до 1 июля 2026 года и допуск к рынку как квалифицированных, так и неквалифицированных инвесторов. Речь идет не о точечных изменениях, а о системной трансформации правового поля, создающей условия для внедрения новых технологий и расширения спектра легальных финансовых инструментов после принятия соответствующих законов. В перспективе именно эта нормативная архитектура может задать стратегический вектор развития криптоэкономики в России.
Какие же ключевые продукты, технологии и регуляторные механизмы способны сыграть определяющую роль в формировании будущей структуры рынка? Ответом на этот вопрос с редакцией BeInCrypto поделился пионер российской блокчейн-индустрии и заведующий кафедрой «Блокчейн» МФТИ Владимиром Горгадзе.
Правовой статус стейблкоинов в России пока остается неопределенным. В октябре 2025 года Конституционный суд отметил, что USDT и USDC не считаются цифровой валютой по закону о цифровых активах, а классифицируются как иностранные цифровые права из-за их централизованного эмитента и наличия резервов за пределами России. В декабре 2025 глава Сбербанка Герман Греф публично выразил надежду на легализацию базовой транзакционной функциональности стейблкоинов. По его оценке, без допуска таких инструментов блокчейн-технологии в России, за исключением майнинга, будут и дальше оставаться в режиме экспериментальной «песочницы», а для запуска рублевого стейблкоина нужно отдельное регулирование, обеспечение ликвидными активами, включая ОФЗ, наличии эмитента под надзором Банка России и размещение токенов на публичном блокчейне.
Первым практичным шагом в этом направлении стало появление в 2025 в Киргизии рублевого стейблкоина A7A5, интегрированного с цифровыми финансовыми активами, что позволило российскому бизнесу использовать его для международных расчетов. Следующим логичным этапом могло бы стать формирование режима регулирования стейблкоинов иностранных эмитентов и предоставление правового статуса уже существующим инструментам, таким как AEDcoin (регулируемый в ОАЭ). Такие активы характеризуются высокой ликвидностью, доверием со стороны пользователей и институциональных участников, а также уже продемонстрированной историей практического применения. чтобы упростить внешнеэкономические расчеты и сократить затраты. На конец 2025 года капитализация стейблкоинов в мире достигла $300 млрд, из которых более 80% занимает USDT и USDC, а годовой оборот транзакций исчисляется десятками триллионов долларов. Их включение в правовой контекст могло бы упростить участие российских компаний в международных расчетах и снизить транзакционные издержки при оплате товаров и услуг.
Дополнительно целесообразно рассмотреть децентрализованные и полуалгоритмические стейблкоины, которые также уже прошли длительную рыночную апробацию и используются в глобальной DeFi-инфраструктуре. К таким инструментам относятся, в частности, DAI, curvUSD, Ethena и Resolv USD. Их модели опираются на различные принципы обеспечения. От избыточного залога волатильными криптоактивами с автоматизированными механизмами ликвидации до дельта-нейтральных конструкций, использующих хеджирование ценовых рисков на рынке деривативов.
Децентрализованные и полуалгоритмические стейблкоины, такие как DAI, curvUSD, Ethena и Resolv USD, используемые в глобальной DeFi-инфраструктуре, также заслуживают внимания. Они используют различные принципы обеспечения, например, криптоактивы, автоматическую ликвидацию или дельта-нейтральные модели хеджирования. Децентрализованный стейблкоин crvUSD изначально проектировался как элемент инфраструктурного слоя. Его ключевые компоненты — управление обеспечением, логика защиты от ликвидаций и параметры денежной политики — разделены и программируемы, что позволяет третьим сторонам запускать собственные стейблкоины, не пересобирая базовый риск-движок с нуля. В этом смысле crvUSD функционирует скорее как стандартизированный фреймворк, чем как единичный актив. crvUSD опирается на многолетний опыт Curve в управлении ликвидностью и минимизации рисков для стейблкоинов.
Модель LLAMMA (Lending-Liquidating AMM Algorithm) реализует непрерывную защиту от рыночных ликвидаций используемых залогов, заменяя резкие ликвидационные события плавным ценовым ребалансированием. Такой подход уже прошёл проверку в реальных рыночных условиях, сформировав доказуемую и полностью прозрачную ончейн-историю работы, что становится критически важным фактором для институциональных и регулируемых эмитентов. Подобные наработки могут послужить основой запуска в рамках предстоящего регулирования нового типа децентрализованных активов.
По сравнению с фиатно-обеспеченными стейблкоинами подобные DeFi-инструменты обладают более сложным и потенциально более рискованным профилем. Однако именно за счет диверсифицированных финансовых механизмов и встроенных моделей управления риском они продемонстрировали относительную устойчивость в периоды высокой волатильности крипторынка. Фактическая интеграция полуалгоритмических и дельта-нейтральных стейблкоинов в расчеты, кредитование и пулы ликвидности крупных DeFi-протоколов указывает на потенциал таких инструментов для регулирования и интеграции в экономику.
С сентября 2024 года в России запущен экспериментальный режим трансграничных криптоплатежей, позволяющий использовать цифровые активы при внешнеэкономических расчетах под контролем Банка России. Концепция, опубликованная в декабре 2025 года, предусматривает расширение этого подхода для всех граждан с обязательным уведомлением налоговых органов при покупке криптовалюты за рубежом. При этом внутренние криптоплатежи остаются запрещенными, что создает парабокс: криптовалюта легальна для расчетов с иностранными партнерами, но не может полноценно использоваться внутри страны: бизнесу приходится проводить платежи через зарубежные юрисдикции, что повышает сложность, стоимость и риски расчетов.
Международный опыт показывает более прогрессивный подход. Платформы PayPal и Stripe уже интегрировали криптовалюты в свои сервисы, обеспечив для пользователей привычное удобство использования и высокую скорость работы без дополнительных сложностей для пользователей, со встроенными механизмами идентификации, комплаенса и отчетности.
Показателен и пример Ripple, которая выстроила экосистему из взаимосвязанных, но четко разделенных компонентов. В ее основе лежит децентрализованная сеть XRPL, а токен XRP используется как расчетный инструмент. Платежная сеть RippleNet связывает финансовые организации, а отдельные продукты отвечают за ликвидность в трансграничных платежах, обмен сообщениями между банками и подключение корпоративных клиентов. Эти решения уже работают на международных рынках, во многом опираются на открытый код и показывают, что подобные системы могут быть реализованы и российскими компаниями самостоятельно, без зависимости от внешних вендоров.
Российская концепция пока не предусматривает аналогичного регулирования криптоплатежных операторов и провайдеров расчетных решений из-за отсутствия механизмов лицензирования, требований к капиталу, управлению рисками и надзора, что не позволяет сформировать полноформатную платежную экосистему. Рынок остается в режиме ограниченного эксперимента, а не системного развития, что снижает его привлекательность для крупных участников и банковского сектора.
В рамках экспериментального правового режима в России логичным шагом могла бы стать разработка систем, сравнимых по функционалу с Ripple и инфраструктурой глобальных платежных провайдеров, применяемых сначала для международных расчетов и трансграничных переводов. Затем такие платформы могли бы применяться для межбанковских расчетов и клиринга внутри страны. На следующем этапе их развитие могло бы распространиться на межбанковские расчеты и клиринг между российскими финансовыми организациями. Это помогло бы сократить зависимость от зарубежных посредников, снизить издержки и создать управляемую цифровую платежную инфраструктуру в рамках национальной экономики.
Токенизация активов, включая акции, недвижимость и облигации, предполагает их выпуск в виде цифровых прав, привязанных к системам учета и юридически закрепленными имущественными и корпоративными правами. Это делает неликвидные активы доступнее, упрощает дробление собственности и снижает порог входа для инвесторов. Размещение токенизированных активов в публичных блокчейнах также открывает доступ к глобальной ликвидности и позволяет привлекать капитал за пределами национальной юрисдикции, сохраняя прозрачность владения и оборота прав.
На мировом рынке такая модель уже работает. Например, xStocks предоставляет доступ к токенам ценных бумаг с учетом прав и расчетами через блокчейн. В недвижимости проекты RealT, Lofty AI и Honey Bricks предлагают долевое участие в доходных активах, а Centrifuge использует токенизацию реальных активов для их финансирования через децентрализованные рынки. Эти платформы работают преимущественно на Ethereum, используя открытую инфраструктуру с соблюдением правил KYC, процедур комплаенса и юридических ограничений.
В настоящий момент рынок цифровых активов в России структурно изолирован от глобальной экосистемы. Ключевые платформы, такие как Атомайз, А-токен и Сбер используют закрытые блокчейны, что существенно ограничивает доступ к международной ликвидности, а также затрудняет вторичный оборот и интеграцию с международными рынками капитала. Потенциальный переход к модели, допускающей выпуск и обращение токенизированных акций и недвижимости в открытых сетях, мог бы сократить этот разрыв. К счастью, обсуждаемый законопроект допускает возможность перехода/выхода ЦФА в открытые блокчейны.
Ключевым дополнительным условием такого перехода является технологическая и правовая интеграция токенизационных платформ между собой. Речь идет как о взаимодействии между существующими операторами информационных систем, так и о создании единого слоя обмена через открытый блокчейн, возможность которого уже упоминается в обсуждаемых законодательных инициативах. Для формирования полноценного цифрового рынка требуется не просто обращение токенов, а синхронизированная передача самого базового актива. Это предполагает сквозную интеграцию между ОИСами, операторами обмена, расчетной инфраструктурой и внешними реестрами, включая корпоративные и имущественные базы данных, с мгновенным обновлением информации во всех системах.
Сегодня выпуск токенов на одной платформе не гарантирует автоматическую передачу прав на базовый актив при его пересылке в другую систему, что ограничивает ценность токенизации как инструмента цифровой передачи собственности. В мире такие решения только формируются, однако рынок в целом движется к унифицированным реестрам и ончейн-учету прав. Если России удастся одной из первых выстроить модель, в которой передача токена будет юридически и технологически равна передаче самого актива, это даст возможность занять опережающую позицию в создании инфраструктуры нового поколения цифровых рынков капитала.
Упрощение доступа иностранных токенизированных активов и создание правовой базы для выпуска российских цифровых финансовых активов (ЦФА) на публичных блокчейнах могут ускорить интеграцию российского рынка в глобальную цифровую экосистему. Это сблизит национальную инфраструктуру ЦФА с международным рынком RWA и снизит барьеры, возникающие из-за изолированности национального регулирования. Концепция Банка России допускает обращение ЦФА и других российских цифровых прав, включая утилитарные и гибридные инструменты, в открытых блокчейн-сетях. Для эмитентов это означает возможность привлекать зарубежный капитал без создания сложных юридических конструкций за пределами страны. Для инвесторов такие операции по своей логике и пользовательскому опыту становятся близки к привычным операциям на крипторынке, но с сохранением регуляторного контроля.
За последние 7 лет появились многочисленные DeFi-инструменты для обмена, кредитования и стейкинга, которые могут усилить привлекательность регулируемых цифровых прав, например, Cryptoswap и Stableswap, основанные на различных математических алгоритмах с внешними оракулами и без. Все эти инструменты можно в полной мере задействовать для повышения привлекательности регулируемых цифровых прав. Однако допуск иностранных RWA и трансграничный выпуск российских ЦФА требуют выверенной законодательной настройки. В мае 2025 года регулятор ужесточил требования к обращению иностранных цифровых прав в статусе ЦФА, введя дополнительные условия к инфраструктуре и раскрытию информации. Это показывает поэтапное формирование нормативной базы, но пока не создает полноценного режима взаимного признания и свободного обращения токенизированных активов.
Ключевым элементом такой модели станет появление полноценных регулируемых торговых и расчетных площадок, способных работать с российскими и международными системами. Речь идет не только о совместимости платформ внутри страны, но и о возможности передавать токенизированные активы в другие юрисдикции с юридически признанным переходом прав. Для этого необходимо устранить законодательные разрывы в трансграничном признании цифровых прав, статусе иностранных операторов, синхронизации реестров и надзоре за операциями. Без этих шагов доступ к глобальному рынку RWA останется ограниченным и фрагментарным в рамках отдельных пилотных проектов.
В марте 2025 года Банк России предложил запустить трехлетний экспериментальный правовой режим для торговли криптовалютой. Изначально рассматривалось предоставление доступа к рынку только так называемым «особо квалифицированным» инвесторам с капиталом от 100 млн рублей или высоким подтвержденным доходом. Осенью 2025 года Минфин России выступил с инициативой смягчить критерии, после чего регулятор разрешил допустить на рынок также квалифицированных инвесторов. На середину года их число оценивалось в 920 тысяч человек.
Однако концепция, озвученная в декабре 2025 года, зафиксировала более широкий подход. Она допускает участие как квалифицированных и неквалифицированных инвесторов в рамках установленных лимитов и через лицензированные площадки. Такой формат создает основу для появления в 2026–2027 годах первых регулируемых криптовалютных площадок, развития OTC-сегмента и запуска кастодиальных сервисов внутри страны.
Одновременно с этим возникают условия для легализации деятельности действующих криптоинвесторов: около 12% россиян от общего числа активных участников рынка криптовалют, по разным оценкам, уже инвестируют в этот сектор. Запуск регулирования важен не только с точки зрения защиты инвесторов, но и в рамках фискальных задач. Лицензирование бирж, операторов OTC-рынка и кастодианов позволит вывести оборот средств в прозрачное правовое поле, обеспечит формирование налогооблагаемых комиссий и создаст новые источники бюджетных поступлений, которые сейчас остаются за пределами российской юрисдикции. Опыт соседних стран показывает экономическую выгоду от внедрения подобного подхода. В Беларуси регулирование криптобирж и кастодиальных сервисов в рамках Парка Высоких Технологий позволило легализовать обороты и сформировать контролируемую инфраструктуру. Уже с 2025 года начались налоговые поступления от лицензий и торговых операций, при этом государственный надзор обеспечивал контроль, а риски оставались ограниченными.
Потенциал российского криптовалютного рынка остается значительным. По разным оценкам, число владельцев криптовалют среди россиян варьируется в пределах 15–20 миллионов человек, а общий объем их активов измеряется триллионами рублей. В условиях отсутствия регулируемых бирж и кастодиальных провайдеров весь этот оборот остается за рамками российского правового поля. Создание легальной инфраструктуры откроет доступ к регулируемым инструментам для инвесторов и вернет оборот, налоговую базу и надзор в российскую правовую систему.
Кроме того, в рамках экспериментального режима было бы целесообразно предусмотреть тестирование и адаптациюсовременных технологических решений глобального рынка. Это могло бы включать децентрализованные торговые стаканы, модели MPC-кастоди, приватные и полу-приватные пулы ликвидности, а также системы, реализованные, например, в сетях XRPL. Регулируемая среда для таких инициатив обеспечит баланс между контролем со стороны государства и развитием DeFi-инноваций, создавая условия для появления гибридных рыночных моделей, которые соединяют централизованную инфраструктуру с децентрализованными механизмами управления ликвидностью и расчетами.
В российском законодательстве до сих пор отсутствует четко сформулированное понятие децентрализованных автономных организаций (DAO). Действующая правовая система требует наличия установленной организационно-правовой формы, что не соответствует особенностям DAO. В результате такие структуры не признаются юридическими лицами в классическом смысле. Этот подход характерен для большинства юрисдикций, включая Россию, где правосубъектность по-прежнему привязана к централизованной модели управления и формализованным органам контроля.
Однако международная практика демонстрирует поиск альтернативных решений. Например, в штате Вайоминг с 2021 года DAO имеют возможность регистрироваться в качестве юридических лиц в форме DAO-LLC. Этот формат сочетает ончейн-управление с юридическим признанием обязанностей и прав в традиционной правовой системе, охватывая аспекты ответственности, налогообложения и взаимодействия с регуляторами.
В России обсуждается иной подход — адаптация существующего корпоративного и инвестиционного законодательства без создания отдельной категории для DAO. На практике такие структуры могут квалифицироваться как простое товарищество, инвестиционное товарищество или закрытый паевой инвестиционный фонд. Однако опыт других государств, например Объединенных Арабских Эмиратов, показывает, что отсутствие специализированного правового статуса не устраняет ключевые правовые неопределенности: остаются нерешенными вопросы распределения ответственности среди участников, налогообложения транзакций, юридического статуса ончейн-решений органов управления и защиты интересов инвесторов. Полное правовое регулирование DAO в России, скорее всего, будет реализовано в среднесрочной перспективе, при этом важно, чтобы регуляторы уделили должное внимание этому вопросу.
Дополнительным направлением развития могла бы стать правовая и технологическая интеграция DAO с государственными и корпоративными реестрами. Речь идет о создании механизма, при котором ключевые события в DAO, такие как голосования, принятие решений, распределение прав и обязанностей, получали бы юридическую силу в национальной правовой системе. Автоматическая трансляция данных из блокчейна в признанные реестры позволила бы обеспечить синхронную защиту прав участников как на уровне распределенного реестра, так и в офчейн-юридической плоскости. Такая модель приблизила бы DAO к статусу полноценных субъектов экономических отношений, сохраняя при этом децентрализованную логику управления и прозрачность, заложенные в их архитектуре.
Российская модель крипторегулирования выстраивается как компромисс между контролем и экономической рациональностью. Банк России де-факто признает криптоактивы частью финансовой системы и внедряет их поэтапно. Начало положено через допуск игроков в рамках экспериментальных правовых режимов и через лицензированную инфраструктуру посредников. Концепция, направленная в правительство в декабре 2025 года, предполагает формирование общей законодательной рамки к середине 2026 года и задает контуры легального рынка, ориентированного не только на профессиональных участников, но и на более широкую аудиторию.
При этом ключевые элементы системы остаются неурегулированными. Стейблкоины по-прежнему находятся в правовом вакууме. Их экономическая роль в трансграничной торговле и расчетах очевидна, однако правовой статус, налоговый режим и допустимые операции до сих пор не определены. Криптоплатежи развиваются в рамках экспериментального правового режима, но их масштаб остается ограниченным. Использование долларовых стейблкоинов несет санкционные риски, а децентрализованные автономные организации по-прежнему не имеют определенного правового статуса.
Токенизация реальных активов в публичных блокчейнах могла бы вывести рынок ЦФА из изоляции и подключить его к глобальной ликвидности. По разным оценкам, объем международного рынка RWA уже превысил 25 млрд долларов. Практическая реализация упирается в вопросы юрисдикции и допуска иностранных токенизированных активов и международного признания прав на эти активы.
Развитие рынка в любом случае будет происходить через посредников. Биржи, брокеры, банки и управляющие компании получают новый класс активов и дополнительные источники комиссионных доходов. По оценкам участников рынка, при допуске российских ЦФА к обращению в открытых блокчейнах объем эмиссий может вырасти в несколько раз к 2027 году. Основные риски связаны со сжатыми сроками законотворчества, менее 18 месяцев на принятие ключевых поправок, разногласиями между регуляторами, неопределенностью в отношении стейблкоинов и отсутствием полноценных механизмов защиты инвесторов.
Отдельного внимания требует сегмент децентрализованных финансов. Такие инструменты, как стейкинг, кредитование под залог криптоактивов, а также кредитные и ликвидностные пулы в DeFi, уже прошли масштабную рыночную проверку и используются миллионами пользователей по всему миру. Их игнорирование в национальной модели регулирования будет означать отставание не только от развитых, но и от развивающихся юрисдикций. При этом интеграция этих инструментов в регулируемую среду, с лимитами, требованиями к раскрытию рисков и надзором, могла бы расширить экономическую функциональность крипторынка без утраты контроля со стороны государства.
Итоговый вектор достаточно очевиден. При закрытии в 2026 году правовых пробелов по криптоактивам, а особенно стейблкоинам, токенизации и защите инвесторов Россия может выстроить регулируемый крипторынок, сопоставимый по масштабу и структуре с такими юрисдикциями, как Объединенные Арабские Эмираты, где число лицензированных операторов уже исчисляется десятками. Если этого не произойдет, существенная часть экономической активности продолжит уходить в «серые» схемы и зарубежные юрисдикции, несмотря на формальное признание криптоэкономики внутри страны.
The post Криптотехнологии, которые сформируют следующий этап развития финансовой системы России appeared first on BeInCrypto.
JOIN
